Поездка в Трансильванию - Страница 28


К оглавлению

28

– Может, нам вообще прервать нашу поездку и вернуться в Бухарест? – заметил Уислер.

– Мы поедем в Яссы, – твердо проговорила Лесия. – Но если кто-то захочет, он может вернуться в Бухарест. Это на ваше усмотрение, господа. Я уверена, что следователь не станет возражать против любого решения.

– Вы как хотите, а я остаюсь, – после некоторого замешательства произнес Тромбетти. – Мне интересно досмотреть, чем все это закончится.

– Я тоже останусь, – поддержал своего коллегу профессор Уислер, – мне тоже интересно. Буду рассказывать студентам о поездке в Валахию и Трансильванию.

– Хорошо, что это был не Дракула, – рассмеялся Тромбетти, – и ее убили из обычного пистолета, а не высосали кровь, как это бывает в американских фильмах про вампиров.

– Я тоже останусь, – решил Гордон, – не хочу, чтобы меня обвинили в трусости.

– Остаюсь, – поддержала их Катиба.

– Поеду в Яссы, – невозмутимо добавил Сиди Какуб.

– Я не успокоюсь, пока не найду убийцу, – сказал Брынкуш. – Но я хотел бы остаться в гостинице, чтобы забрать тело погибшей.

– Вам его сейчас не отдадут, – убежденно произнес Тромбетти. – Это кропотливая следственная процедура. Убитую отправят в морг на вскрытие, чтобы уточнить, от чего именно она умерла, каковы причиненные ранения, какой калибр патронов, из какого пистолета стреляли, какие внутренние повреждения…

– Прекратите, пожалуйста, – попросил Брынкуш, – я все это понимаю. Но я хотел бы помочь…

– Боюсь, что помочь ей вы уже не сможете, – согласился с итальянским коллегой Уислер, – а все остальное уважаемый профессор Тромбетти сказал правильно. Подобные процедуры предусмотрены во всем мире. И вы напрасно обижаетесь.

– Я останусь здесь, – решительно заявил Брынкуш.

– Это вам ничего не даст, – возразил Уислер, – и следователь не разрешит вам присутствовать при экспертизах. Будет лучше, если вы поедете с нами, а через несколько дней вернетесь за ее телом. Это гораздо рациональнее.

Брынкуш отвернулся, ничего больше не сказав.

– В таком случае я буду единственным трусом среди вас, – произнес Дронго. – Но я еще и любопытный трус. Осторожность подсказывает мне, чтобы я сбежал отсюда как можно быстрее, а разум твердит: вскоре мы узнаем, что именно здесь произошло.

– А я должна остаться с вашей группой по долгу службы, – закончила Лесия. – Мне никто не разрешит бросить вас без переводчика и сопровождения. Вы же видите, в каком состоянии находится господин Брынкуш. Возможно, нам придется скорректировать нашу программу и отменить заезд в Орадя.

– Как это отменить? – вмешался Гордон. – У меня там важная встреча, я заранее договорился о ней с моим знакомым.

– Пока я ничего не могу вам сказать, – призналась Лесия. – Мы уже позвонили в Бухарест. Конечно, выезд к границе отменен. Но если сегодня нам позволят продолжить путешествие, то вечером мы будем в Яссах. Должна вам признаться, что я восхищаюсь вашим мужеством и самообладанием. Вы – настоящие ученые и эксперты, которых не пугают никакие опасности.

– Прежде всего мы ученые, а уже потом случайные свидетели этого дикого преступления, – горько усмехнулся Гордон.

Лесия достала свой телефон и отошла в сторону, чтобы позвонить в Бухарест, связь здесь работала с большими перебоями.

В этот момент в гостиную быстрым шагом вошли инспектор Мурешану и один из его сотрудников. Полицейский нес в руках небольшую сумочку, держа ее через салфетку, чтобы не стереть возможные отпечатки пальцев убийцы.

– Это ее сумочка! – не удержавшись, крикнул Брынкуш.

Глава 10

Сразу следом за ними в гостиной появились следователь Барбуцэ и профессор Панчулеску. Сумку положили на стол.

– Вы уверены, что это ее сумка? – уточнил следователь.

– Абсолютно уверен, – кивнул Брынкуш, – это именно ее сумка. Где вы ее нашли?

– На чердаке, – пояснил Мурешану. – Кто-то пытался ее спрятать, забросив за верхние доски, но, когда мы там ходили, она выскользнула и упала вниз. – Он достал прозрачные перчатки, надел их и осторожно открыл сумочку, проверяя содержимое. – Здесь деньги, – сообщил он, подняв голову, – еще небольшой крестик и цепочка, косметика и кредитная карточка. Нет, две кредитные карточки.

– Сколько денег? – спросил следователь.

Мурешану достал деньги. Пересчитал.

– Две тысячи двести пятьдесят евро и сто пятьдесят швейцарских франков.

– А сколько денег у нее с собой было? – спросил Барбуцэ, обращаясь к Брынкушу.

– Она взяла в банке две тысячи евро, – ответил Брынкуш. – Наверное, остальные – ее личные средства.

– Значит, деньги не пропали, – удовлетворенно проговорил следователь, глядя на гостей. – Что из этого следует?

– Нужно было выслушать наших экспертов, – недовольно пробормотал Уислер. Лесия перевела слова профессора на румынский, и следователь нахмурился.

– Сделаем так, – решительно сказал он. – Мы больше не станем вас задерживать или допрашивать, чтобы не терять время, иначе вы не успеете на свою пресс-конференцию. Если у господ экспертов есть какие-то замечания или наблюдения, пусть сообщат мне о них прямо сейчас.

Дронго и Сиди Какуб переглянулись.

– Начинайте, – любезно предложил Дронго, – вы старше по возрасту.

Сиди Какуб кивнул в знак согласия.

– Мне показалось странным, что убийца проник через окно рано утром, когда госпожа Лунгул открыла ставни и отворила его, – начал он. – Откуда он мог знать, что рано утром она решит открыть окно? Это главное. Я сразу заметил, что следы на земле вокруг дома отсутствуют. Если грабитель пытался что-то похитить и ему помешала женщина, можно представить его состояние. Он дважды стреляет в нее и бежит из дома. В таких случаях обычно не думают об оставленных следах, а больше о побеге. Но никаких видимых следов нет. И, наконец, найденная сумка свидетельствует, что убийца не ушел через окно, а пытался сбежать через дверь, спрятав сумку на чердаке. Ну, и самое главное. Теперь абсолютно ясно, что убийцу не интересовали деньги погибшей. – Он замолчал и, повернувшись, посмотрел на Дронго, как бы давая ему возможность высказаться.

28